Facebook page of SWAN Twitter page of SWAN RSS feeds

site available in english and russian

  • English
  • Russian

Рассуждения о торговле людьми и мобилизация секс-работников в Восточной Европе и Центральной Азии

Член СВАН, секс-работник и активист в интервью для opendemocracy.net

Адаптированный перевод.

У члена сети СВАН, секс-работника и активиста взяли интервью для веб-сайта opendemocracy.net

Секс-работники Восточной Европы и Центральной Азии разными способами противостоят социальному исключению и преследованиям, но из-за сложившегося социального климата они все еще не могут создать широкое движение.

В доминирующих обсуждениях торговли людьми и ликвидации секс-работы  формируется образ жертвы и снова возвращаются к жизни мифы «о белом рабстве»[1].  Женщины Восточной Европы (также как и женщинам из других периферических стран  капиталистического мира) в этих обсуждениях становятся одной из центральных тем.  Пытаясь получить доступ к легальным формам занятости в излишне регулируемой секс-индустрии западных стран, секс-работники, приехавшие из Восточной Европы, сталкиваются не только с типичными для всех мигрантов ограничениями,  но и с более серьезными препятствиями. Даже если женщины проживают и работают в стране легально, при наличии румынского или российского паспорта секс-работницы становятся «клиентами» программ спасения, содержания под стражей, ре-социализации и/или депортации, которые проводят государственные органы и НГО, играющие роль надзирателей.  

В результате этих обсуждений  усиливаются и представления о странах Центральной и Восточной Европы и Средней Азии как о странах происхождения проданных в рабство «Лиль» и «Наташ», вследствие чего появляются дополнительные основания для проведения новых гуманитарных вмешательств.  Фантазии о странах бывшего «восточного блока» накладываются на отрыжку холодной войны и возникновение нового словаря  в эпоху после 1989 года.  Такие представления дают возможности для того, чтобы одновременно поносить европейских секс-работниц (речь идет чаще всего о женщинах, потому что в обсуждениях торговли людьми и ликвидации секс-работы о мужчинах и трансгендерных людях упоминают редко)  и выставлять их детьми; говорить о них как о представителях отдельной «Восточноевропейской» расы  (пусть даже они и пользуются преимуществами, которые дает белый цвет кожи) и  клеймить их за то, чем они занимаются.

 

Мне случилось родиться в тот самый год (имеется ввиду 1989 – прим. переводчика), и я росла по мере того, как страна, в которой я жила, делала так называемые «первые шаги» к демократии (по сути, к капитализму).  Через 25 лет  непрерывных неолиберальных структурных преобразований в попытке добиться западного уровня жизни (и демократии) и чистки прошлого под предлогом борьбы с коммунизмом кажется, что этот “переходный период» никогда не закончится. В результате структурных реформ люди в Восточной Европе столкнулись с выселениями, безработицей, нищетой и репрессиями, а также с расширением комплекса политических мер, направленных на предотвращение миграции.  Аболиционисты (имеются ввиду люди, настаивающие на ликвидации секс-работы – прим. переводчика), религиозные деятели, сотрудники репрессивных НГО и государственные деятели в своих обсуждениях обо всем этом не вспоминают, поскольку все они заинтересованы в том, чтобы существующая системы борьбы с торговлей людьми сохранилась.  

 

Они также не принимают в расчет, что секс-работники всех гендеров живут в этом регионе в условиях жесткого уголовного преследования. Государство пытается задушить любые формы экономического сопротивления его политике и ее результатам, что порождает структурное насилие в отношении секс-работников и способствует их изоляции от общества и исключению из общественной жизни. Это достигается путем ввода законов – в том числе и законов об охране правопорядка –  по которым любой может быть наказан за занятие секс-работой; путем уголовного преследования потребителей наркотиков, ЛГБТ-людей и людей, живущих с ВИЧ; путем применения физического, сексуального и психологического насилия сотрудниками правоохранительных органов, а также путем арестов, убийств, дискриминации, отказе в правосудии и в праве на получение медицинских и социальных льгот.

На фоне отступления социального государства при новом неолиберальном порядке и, несмотря на репрессии и тюремные сроки, секс-работники региона сопротивляются, но методы этого сопротивления отличаются от того, чем пользуются на западе.  В некоторых странах Восточной и Центральной Европы и Центральной Азии секс-работники выходят на улицы, чтобы протестовать против насилия и дискриминации со стороны полиции.  Но такое возможно не везде. В некоторых странах нельзя даже подумать о том, чтобы провести любую форму мобилизации вокруг «секс-работы» или «проституции».  Тем не менее, секс-работники сопротивляются, и это сопротивление принимает форму самой простой взаимоподдержки, создания собственных организаций и постоянного предложения помощи и услуг своим коллегам.

 

Усиление уголовного преследования

Несмотря на исследованиях, в которых демонстрируется, что на условиях труда секс-работников сказывается уголовное преследование как их самих, ТАК И их клиентов, обсуждение возможности начать преследовать клиентов секс-работников происходят в регионе все чаще. Вымогательства, шантаж или физическое насилие в отношении клиентов может вести к тому, что секс-работники будут покидать обжитые места, а  это, в свою очередь, лишит их возможности оценивать и отбраковывать клиентов, а также обращаться за помощью к социальным работникам и своим коллегам.

В последнее время в регионе наблюдается волна законопроектов о регулировании и/или ужесточении наказания за занятие секс-работой. Сюда относятся самые разные инициативы, как попытка легализовать секс-работу в Украине, жестко ее ограничив, так и повышение суммы штрафа за занятие секс-работой в России.  Законодатели и политики все время помнят о  мерах регулирования секс-работы  в Западной Европе или Северной Америке: они либо воспроизводят существующие там модели, либо осуждают «моральное загнивание» Запада.  Последняя позиция обычно имеет место там, где усиливается влияние популистских и фундаменталистских организаций – христианских или мусульманских – берущих на себя роль защитника патриархальных цис-сексистских гендерных ролей и гетеросексуальной моногамной семьи.  Одновременно, НГО, ведущие в регионе работу по социальным направлениям, могут быть объявлены «иностранными агентами», а система прав человека – до недавнего времени самый простой метод борьбы за права секс-работников – сталкивается с новыми сложностями ввиду глобализации и воздействия западного империализма. Это частично связано с тем, что в рамках либеральной системы прав человека речь идет о праве на свободу только от определенных типов подавления (а о других забывают). Еще одним серьезным препятствием становится анти-коммунистическая неолиберальная идеология, в рамках которой невозможно вести речь о правах трудящихся.

 

К несчастью, все это происходит на фоне усиления праворадикальных движений и консолидации неолиберализма в 1990х. С учетом всего вышесказанного, а также с учетом чрезвычайной сильной стигмы в отношении секс-работников в регионе, очень сложно объединяться с другими группами и добиваться соблюдения наших прав в регионе.  



[1] У данного термина множество значений, но в целом он описывает убеждение, в соответствии с которым белых женщин силой, обманом или с использованием наркотиков принуждают заниматься проституцией. 

Источник: Opendemocracy.net

Партнеры